Сергей Комков: "Красивая" идея разработчиков образовательных стандартов кончится полным хаосом в школе
На сайте министерства образования и науки РФ появился "новый" вариант образовательных стандартов для старшеклассников, хотя нового в нем, на самом деле, мало. Как и обещал Фурсенко, в проекте действительно есть 9-10 обязательных предметов вместо четырех. Но хитрость в том, что некоторые из них фактически являются "более обязательными", а другие - "менее обязательными". "Более обязательными" остались все те же ОБЖ, физкультура, "Россия в мире" и "индивидуальный проект", а "менее обязательные" включены в подгруппы (это, кстати, все те предметы, к изучению которых многие привыкли на рубеже поступления в вузы, и из них теперь надо выбирать). И "русский язык" как таковой отнюдь не является обязательным (!), поскольку он может быть заменен "русской словесностью". В чем смысл нового документа и проходящего "общественного обсуждения", в интервью Накануне.RU рассказал председатель Всероссийского фонда образования, профессор, академик РАЕН Сергей Комков.
Вопрос: В новом проекте образовательных стандартов по сравнению с предыдущим скандальным вариантом мало что изменилось. Да, Фурсенко сказал, что обязательных предметов будет 9-10. Но в том же блоке естественных дисциплин надо выбрать один-два предмета, то есть, грубо говоря, можно выбрать "экологию" и "естествознание", а на "физику" и "химию" вообще не ходить. Тогда в чем смысл "нового" варианта?
Сергей Комков: В самой концепции стандартов есть очень серьезные просчеты и ошибки, но то, что без стандартов существовать нельзя – это совершенно очевидный факт. Кстати говоря, проведение ЕГЭ, в общем-то, является незаконным при отсутствии стандартов, потому что никто не знает, на основе чего и как осуществлять единые требования по всей стране, если каждый регион работает на основе своих программ, на основе своих стандартов. Стандарты необходимы, но подход, который осуществлен группой разработчиков, в корне неверен.
Вопрос: В чем это выражается?
Сергей Комков: Они почему-то посчитали, что необходимо создать многоуровневую систему образования в старших классах. Эта красивая идея кончится полным хаосом в школе. Никто не возражает против индивидуального подхода к образованию школьника, особенно старшеклассника. Но создавать такое количество модулей, которое предложено бригадой господина Кондакова, практически невозможно в школе. Я много лет проработал в школе, начиная с учителя и заканчивая директором школы, и знаю, к чему это приведет. Даже элементарно создать расписание занятий при таком многопрофильном или много функциональном стандарте невозможно.
Вопрос: А в чем сложность?
Сергей Комков: В школе есть два-три, максимум четыре старших класса, и представьте себе, что в каждом из этих классов будет некоторое количество учеников, которые будут обучаться каждый по своему модулю. Это будет порядка пяти-шести, а, может быть, даже до десяти различных модульных схем. Как создать расписание занятий, чтобы ученики были каждую минуту заняты и в то же время это все было очень тесно увязано в едином учебном процессе – этого не знает никто. Может получиться так, что в одной модульной группе будет три человека или пять, в другой – 20, в третьей – один. Сформировать эти модульные группы будет очень и очень непросто. Никто не возражает против индивидуального подхода и профилизации в старшей школе, но делать это надо очень грамотно. Поэтому мы возражали и сейчас возражаем против резкого снижения базовых предметов.
Все-таки, школьное образование является базовым и на выходе из школы каждый гражданин страны должен иметь базовые знания, которые он может дальше в профессиональном плане развивать. Школе нужна первичная профессиональная ориентация, дополнительные развивающие занятия по профильным направлениям, но при этом базовая составляющая должна быть единая и обязательная для всех. В противном случае теряет смысл ЕГЭ. Можно себе представить, что будет, если ученик старших классов будет заниматься чисто физико-математическими дисциплинами, а гуманитарные предметы фактически изучать не будет. Как он будет сдавать экзамен по "русскому языку" – никто не знает.
Вопрос: Что можете сказать об одном из "обязательных предметов", коим стал "индивидуальный проект"?
Сергей Комков: Увеличение ранней профилизацией может привести к очень резкому перекосу. Это уже доказано на примере американской школы. Они, начиная с 70-80-х годов, увлеклись этой игрушкой – ранней профилизацией. Кстати, пресловутый "индивидуальный проект", который вошел в число обязательных предметов, взят из американской школы. США получили очень опасный эффект, о котором говорил в 2005 году Билл Гейтс на специальной конференции американских губернаторов по вопросам образования. Он сказал, что США получила тупых, неразвитых и не подготовленных ни к чему людей, которые знают узкое направление и больше ни в чем не разбираются и ничего не понимают. Боюсь, что мы можем получить то же самое.
Вопрос: В СМИ часто говорится, что "русский язык" теперь стал "обязательным" предметом. Однако реально ученик сможет выбрать либо "русскую словесность" на интегрированном уровне, что не является "русским языком" как таковым, либо "русский язык и литературу" на профильном или базовом уровне. В то же время, "родной язык" (нерусский) можно выбрать по желанию. Проясните, пожалуйста, эти моменты.
Сергей Комков: Тут тоже заложена мина замедленного действия, ведь одна из серьезных проблем в России – это сочетание национальных культур и общегосударственной культуры. Уже был такой опыт произведен у нас в стране, когда был федеральный компонент и региональный компонент стандарта. В качестве регионального компонента во многих национальных республиках был введен национальный язык, национальная культура, национальная литература. И если мы совершим этот перекос и предложим выбирать, то многие выберут свою национальную составляющую. Это может привести к очень резким сепаратистским тенденциям в стране, потому что мы фактически получим огромную массу людей, которые не будут жить общенациональной государственной идеей. Стандарт на то и называется стандартом, если есть четкие, единые требования по всей стране. А когда предлагается выбор – то это уже не единый стандарт, а набор общих нормативных требований и не более того.
Вопрос: А в чем все-таки опасность того, что школьники в национальных республиках будут выбирать родной язык "по желанию"?
Вопрос: Каковы дальнейшие перспективы "общественного обсуждения" стандартов?
Сергей Комков: Над стандартами надо продолжать работать, это должна быть очень серьезная работа. Мы очень затянули с этим процессом, это надо было начать делать 10-15 лет назад, потому что выработка стандартов – это очень непростой процесс. Но так революционно ломать и переходить на стандарты, очень схожие с американскими, которые довели американскую систему до краха – очень опасно. Будем дальше обсуждать. Я считаю, что нашей победой уже является то, что перенесли сроки внедрения этих стандартов на более дальнюю перспективу. Планировали их полностью утвердить уже чуть ли не в апреле, и с 2011-2012 годов внедрять в жизнь. Но специалисты и экспертное сообщество показало, что этого делать нельзя в таком виде. Будем дальше изучать стандарты, но ни в коем случае мы не допустим поспешных решений, которые могут дорого стоить не только для системы образования, но и в целом для страны.
Группа разработчиков стандартов уже поняла, что они столкнулись с серьезным, аргументированным мнением экспертного сообщества, и просто так, "на дурочка" эти фокусы не пройдут. Тем более, у нас произошла очень опасная тенденция – у нас идет нестыковка между стандартом начальной школы, нет еще фактически стандарта общей неполной средней школы, и предлагается уже стандарт старшей школы. Вся тяжесть нагрузки перекладывается в начальную школу, в том числе, языковая. Стандарт должен быть логически увязан между всеми ступенями школы, а сейчас этой стыковки нет. Мы будем добиваться, чтобы это был единый, логичный стандарт общеобразовательной школы.
Вопрос: И в этих условиях наши школьники сдают ЕГЭ?
Сергей Комков: Да, ЕГЭ фактически незаконен сегодня, я об этом говорил год назад на заседании Верховного суда. В минобразовании на это только отвечали, что мы сегодня учимся по неким стандартам, которые утвердил в марте 2004 года господин Филиппов, перед самым завершением своей карьеры министра. Он утвердил эти стандарты своим приказом, а в соответствии с законодательством России стандарты утверждаются только федеральным законом, поэтому те самые стандарты на сегодня являются нелегитимными, и сейчас школа находится в полном вакууме – стандартов нет никаких. При полном отсутствии каких-либо стандартов мы еще пытаемся принимать единый стандартизированный государственный экзамен. В этом суть всей нелепости.
Вопрос: В новом проекте образовательных стандартов по сравнению с предыдущим скандальным вариантом мало что изменилось. Да, Фурсенко сказал, что обязательных предметов будет 9-10. Но в том же блоке естественных дисциплин надо выбрать один-два предмета, то есть, грубо говоря, можно выбрать "экологию" и "естествознание", а на "физику" и "химию" вообще не ходить. Тогда в чем смысл "нового" варианта?
Сергей Комков: В самой концепции стандартов есть очень серьезные просчеты и ошибки, но то, что без стандартов существовать нельзя – это совершенно очевидный факт. Кстати говоря, проведение ЕГЭ, в общем-то, является незаконным при отсутствии стандартов, потому что никто не знает, на основе чего и как осуществлять единые требования по всей стране, если каждый регион работает на основе своих программ, на основе своих стандартов. Стандарты необходимы, но подход, который осуществлен группой разработчиков, в корне неверен.Вопрос: В чем это выражается?
Сергей Комков: Они почему-то посчитали, что необходимо создать многоуровневую систему образования в старших классах. Эта красивая идея кончится полным хаосом в школе. Никто не возражает против индивидуального подхода к образованию школьника, особенно старшеклассника. Но создавать такое количество модулей, которое предложено бригадой господина Кондакова, практически невозможно в школе. Я много лет проработал в школе, начиная с учителя и заканчивая директором школы, и знаю, к чему это приведет. Даже элементарно создать расписание занятий при таком многопрофильном или много функциональном стандарте невозможно.
Вопрос: А в чем сложность?
Сергей Комков: В школе есть два-три, максимум четыре старших класса, и представьте себе, что в каждом из этих классов будет некоторое количество учеников, которые будут обучаться каждый по своему модулю. Это будет порядка пяти-шести, а, может быть, даже до десяти различных модульных схем. Как создать расписание занятий, чтобы ученики были каждую минуту заняты и в то же время это все было очень тесно увязано в едином учебном процессе – этого не знает никто. Может получиться так, что в одной модульной группе будет три человека или пять, в другой – 20, в третьей – один. Сформировать эти модульные группы будет очень и очень непросто. Никто не возражает против индивидуального подхода и профилизации в старшей школе, но делать это надо очень грамотно. Поэтому мы возражали и сейчас возражаем против резкого снижения базовых предметов.
Все-таки, школьное образование является базовым и на выходе из школы каждый гражданин страны должен иметь базовые знания, которые он может дальше в профессиональном плане развивать. Школе нужна первичная профессиональная ориентация, дополнительные развивающие занятия по профильным направлениям, но при этом базовая составляющая должна быть единая и обязательная для всех. В противном случае теряет смысл ЕГЭ. Можно себе представить, что будет, если ученик старших классов будет заниматься чисто физико-математическими дисциплинами, а гуманитарные предметы фактически изучать не будет. Как он будет сдавать экзамен по "русскому языку" – никто не знает.
Вопрос: Что можете сказать об одном из "обязательных предметов", коим стал "индивидуальный проект"?
Сергей Комков: Увеличение ранней профилизацией может привести к очень резкому перекосу. Это уже доказано на примере американской школы. Они, начиная с 70-80-х годов, увлеклись этой игрушкой – ранней профилизацией. Кстати, пресловутый "индивидуальный проект", который вошел в число обязательных предметов, взят из американской школы. США получили очень опасный эффект, о котором говорил в 2005 году Билл Гейтс на специальной конференции американских губернаторов по вопросам образования. Он сказал, что США получила тупых, неразвитых и не подготовленных ни к чему людей, которые знают узкое направление и больше ни в чем не разбираются и ничего не понимают. Боюсь, что мы можем получить то же самое.
Вопрос: В СМИ часто говорится, что "русский язык" теперь стал "обязательным" предметом. Однако реально ученик сможет выбрать либо "русскую словесность" на интегрированном уровне, что не является "русским языком" как таковым, либо "русский язык и литературу" на профильном или базовом уровне. В то же время, "родной язык" (нерусский) можно выбрать по желанию. Проясните, пожалуйста, эти моменты.
Сергей Комков: Тут тоже заложена мина замедленного действия, ведь одна из серьезных проблем в России – это сочетание национальных культур и общегосударственной культуры. Уже был такой опыт произведен у нас в стране, когда был федеральный компонент и региональный компонент стандарта. В качестве регионального компонента во многих национальных республиках был введен национальный язык, национальная культура, национальная литература. И если мы совершим этот перекос и предложим выбирать, то многие выберут свою национальную составляющую. Это может привести к очень резким сепаратистским тенденциям в стране, потому что мы фактически получим огромную массу людей, которые не будут жить общенациональной государственной идеей. Стандарт на то и называется стандартом, если есть четкие, единые требования по всей стране. А когда предлагается выбор – то это уже не единый стандарт, а набор общих нормативных требований и не более того.
Вопрос: А в чем все-таки опасность того, что школьники в национальных республиках будут выбирать родной язык "по желанию"?
Сергей Комков: Думаю, что руководство этих республик будет "прессовать" систему образования, и будет требовать, чтобы они делали упор на свой национальный язык.
В результате мы получим людей, приезжающих даже в наши центральные государственные вузы, которые будут с трудом говорить по-русски и делать в одном предложении по 15 ошибок. То есть, людей, которые фактически будут необучаемыми не федеральном уровне.Вопрос: Каковы дальнейшие перспективы "общественного обсуждения" стандартов?
Сергей Комков: Над стандартами надо продолжать работать, это должна быть очень серьезная работа. Мы очень затянули с этим процессом, это надо было начать делать 10-15 лет назад, потому что выработка стандартов – это очень непростой процесс. Но так революционно ломать и переходить на стандарты, очень схожие с американскими, которые довели американскую систему до краха – очень опасно. Будем дальше обсуждать. Я считаю, что нашей победой уже является то, что перенесли сроки внедрения этих стандартов на более дальнюю перспективу. Планировали их полностью утвердить уже чуть ли не в апреле, и с 2011-2012 годов внедрять в жизнь. Но специалисты и экспертное сообщество показало, что этого делать нельзя в таком виде. Будем дальше изучать стандарты, но ни в коем случае мы не допустим поспешных решений, которые могут дорого стоить не только для системы образования, но и в целом для страны.
Группа разработчиков стандартов уже поняла, что они столкнулись с серьезным, аргументированным мнением экспертного сообщества, и просто так, "на дурочка" эти фокусы не пройдут. Тем более, у нас произошла очень опасная тенденция – у нас идет нестыковка между стандартом начальной школы, нет еще фактически стандарта общей неполной средней школы, и предлагается уже стандарт старшей школы. Вся тяжесть нагрузки перекладывается в начальную школу, в том числе, языковая. Стандарт должен быть логически увязан между всеми ступенями школы, а сейчас этой стыковки нет. Мы будем добиваться, чтобы это был единый, логичный стандарт общеобразовательной школы.
Вопрос: И в этих условиях наши школьники сдают ЕГЭ?
Сергей Комков: Да, ЕГЭ фактически незаконен сегодня, я об этом говорил год назад на заседании Верховного суда. В минобразовании на это только отвечали, что мы сегодня учимся по неким стандартам, которые утвердил в марте 2004 года господин Филиппов, перед самым завершением своей карьеры министра. Он утвердил эти стандарты своим приказом, а в соответствии с законодательством России стандарты утверждаются только федеральным законом, поэтому те самые стандарты на сегодня являются нелегитимными, и сейчас школа находится в полном вакууме – стандартов нет никаких. При полном отсутствии каких-либо стандартов мы еще пытаемся принимать единый стандартизированный государственный экзамен. В этом суть всей нелепости.
Комментариев нет:
Отправить комментарий